Введите ключевые слова и фразы (в том числе имя автора), разделяя их запятой без пробелов. Слова во фразах разделяйте пробелами. Пример поискового запроса: гимнография,пасхальный канон,ирмос.
Гринь К., Литинская Е. П. РОМАН Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО «ИГРОК» В ПЕРЕВОДЕ К. СИНУ (ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ: ЛЕКСИЧЕСКИЕ И СИНТАКСИЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ) // Филологические исследования. 2016. Т. 3, URL: http://academy.petrsu.ru/journal/article.php?id=3001. DOI: 10.15393/j100.art.2016.3001


Филологические исследования


РОМАН Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО «ИГРОК» В ПЕРЕВОДЕ К. СИНУ (ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ: ЛЕКСИЧЕСКИЕ И СИНТАКСИЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ)

Гринь
   Ксения
Петрозаводский государственный университет
Литинская
   Евгения Петровна
Петрозаводский государственный университет
Ключевые слова:
Ф.М. Достоевский
теория перевода
новогреческий язык
Аннотация: В статье приводится лингвистический анализ романа Ф. М. Достоевского «Игрок» в сравнении с переводом Киры Сину на греческий язык. Исследуются приемы адекватной передачи фонетического, лексического и синтаксического облика романа «Игрок». При переводе личных имен героев романа переводчица пользуется общепринятыми правилами транскрипции и транслитерации. Общий лексический анализ оригинального текста и перевода показал, что К. Сину удачно находит эквиваленты слов и фразеологизмов, которые встречаются в русском тексте, применяет различные способы трансформации для достижения адекватного перевода. Сравнение исходного текста с греческим переводом на синтаксическом уровне позволяет говорить о глубоком профессионализме греческой переводчицы и ее умении находить правильную интерпретацию переводимого текста в каждом конкретном случае.

Текст статьи

Роман Ф. М. Достоевского «Игрок» – одно из самых известных произведений мировой литературы, которое посвящено страсти человека к азартной игре. Существует множество переводов романа на разные языки мира, в том числе и на греческий. Но филологических исследований, оценивающих качество перевода на греческий язык, степень сохранения в нем главных черт авторской индивидуальности, а также адекватности передачи ключевой идеи произведения – крайне незначительны. Перед нами стоит задача охарактеризовать лингвистический аспект романа «Игрок», переведенного на греческий язык К. Сину1.

Одним из основных критериев, характеризующих перевод как эквивалентный, является адекватная передача лексики. Основными приемами лексических трансформаций безэквивалентных единиц является транскрипция и транслитерация. К. Сину следует общепринятым правилам2:

  • ΦιόντορΝτοστογέφσκι (Федор Достоевский) – Буква «ё», звук [йо] передается сочетанием «ιο». Сочетание «ντ», которое дает в данном случае звук [д], так как эти сочетания находятся в начале слова и между гласными звуками, соответствуют правилам перевода. Что касается окончания -вский, оно транскрибируется -φσκι. Существует различные способы перевода фамилии «Достоевский», различие в корневых сочетаниях «γε» и «γιε», которые, по сути, являются лишь вариантами.

Обратимся к характеристике фонетического облика имен романа:

  • ΠολίναΑλεξάντροβνα (Полина Александровна) – [пол’ина алекс’андровна] – использован прием транскрипции (особенности: сочетание «ντ» в середине слова дает звук [нд]).

  • Ρότσιλντ (Ротшильд) – [р’отсилд] – в греческом языке нет русского шипящего звука [ш], поэтому при переводе с используется [σ]; сочетание «ντ» в конце слова дает нам твердый звук [д].

  • Ρουλέτενμπουργκ (Рулетенбург) – [рул’этэнбурк] – автор перевода руководствуется основными правилами и звук [б] передает сочетанием «μπ», а окончание [к] – сочетанием «γκ», которое так же является эквивалентной заменой звука [г] в середине слова, [к] – в конце.

  • Αστλεϊ (Астлей) – [астл’еи] – «ϊ» передает русский звук [й]

  • Μπλανς (Бланш) – [бл’анс]

  • Αμάλχεν (Амальхен) – [ам’алхен]

Наряду с приведенными примерами использования приема транскрипции, переводчица применяет и смешанный способ перевода, например, калькирование и описательный перевод лексической единицы в метатексте:

Оригинал: «Одним словом, на все эти игорные столы, рулетки и trénte et quarante (пояснение в сноске – тридцать и сорок, франц. <К. Г., Е. Л.>) он должен смотреть не иначе, как на забаву, устроенную единственно для его удовольствия»3.

Перевод: «Με δυο λόγια, δεν πρέπει να βλέπει όλα αυτά τα τραπέζια της ρουλέτας και του trente-et-quarante (пояснениевсноске – τριάντα και σαράντα, χαρτοπαίγνιο. Γαλλικά στο πρωτότυπο) παρά σαν μια διασκέδαση που οργανώθηκε μοναδικά για την ευχαρίστησή του»4.

Подстрочник: «Два способа, он не должен смотреть на все эти рулеточные столы и на trente-et-quarante ( тридцать и сорок, карточная игра, франц.), как на развлечение, устроенное единственно для его удовольствия».

Размышления Алексея Ивановича в романе являются ключевыми в понимании отношения героя к рулетке, игре. Следовательно, значительную значение имеет не только лексический аспект, но и правильная передача смысловой нагрузки. В исходном тексте говорится о том, что настоящему джентльмену не важны выигрыш и нажива, и игру он должен воспринимать как развлечение. В тексте перевода же автор неверно интерпретирует мысль Достоевского, говоря о том, что джентльмен, наоборот, не должен смотреть на игру как на досуг. Следовательно, из-за такого, на первый взгляд, незначительного момента у читателя может сложиться неверное представление об истинных мыслях героя, а значит и о его образе в целом. Такая ошибка, скорее всего, обусловлена двойным отрицанием в тексте оригинала. В данном случае «не иначе» могло быть передано в греческом переводе как «δενπρέπειναμηνβλέπει».

Также в данном примере переводчик, следуя за Достоевским, выводит значение французской лексики в сноску, несколько расширяя его понятие. Trente et Quarante – это карточная игра, чаще называемая «Красное и черное», которая появилась во Франции в XVII веке. Последнее значение чаще используется в США, а игроки европейских стран предпочитают отдавать честь стране происхождения игры, называя ее на французском языке. В России также сохранилась эта традиция, поскольку эпоха XVIII века обязывала каждого образованного интеллигентного человека знать и говорить по-французски.

Не во всех случаях К. Сину последовательно передает особенности языка XIX века:

Оригинал: «Действительно, в этих комнатах неделю тому назад останавливалась какая-то grandeduchesse…»

Перевод: «Ήταν αλήθεια ότι σ’ αυτά τα δωμάτια είχε μείνει πριν από μια βδομάδα κάποια μεγάλη…»

Подстрочник: «Это правда, что в этих комнатах жила неделю назад какая-то великая княгиня…»

Оригинальный текст не ограничивается одним русским языком, в произведении часто встречаются слова и выражения на французском языке. Это обусловлено эпохой XIX века, во время которой незнание французского в высшем обществе считалось моветоном. Начиная с XVIII века внедрение французской лексики в русскую речь происходит стремительно, к началу XIX века на языке аристократов говорили и чиновники, и офицеры, и женщины, и помещики. Русские писатели XIX века используют галлинизмы для культурного и стилистического обогащения текста, придания своим произведениям изысканности, а также формирования в героях особенной характеристики. Французская лексика становится неотъемлемой частью русского общества эпохи.

«Grandeduchesse» действительно переводится с французского «великая княгиня», и в данном случае К. Сину очень точно подобрала эквивалент. Но она упустила очень важный аспект, нарушив авторский стиль, тем самым не только деформируя текст, но и игнорируя особенности художественного языка XIX века. В греческой культуре, конечно, французский язык не был столь популярным и распространенным. Сохранение иноязычного включения осложнило бы текст для реципиента. Сгладить диссонанс помогло бы калькирование и метатекст. Такого рода изменение можно считать деформацией5, поскольку ее целью является упрощение текста, соответственно, Сину сознательно его видоизменила, ориентируясь на читателя в ущерб оригинального текста.

Роман Достоевского изобилует различными наименованиями денежных единиц, имеющих иностранное происхождение, что также несет определенную художественную функцию. Для Достоевского, как человека азартного, очень важно было показать разнообразие денежных единиц, указывая на социальный статус гражданина, играющего за рулеточным столом. Переводчица внимательно относится к передаче подобных элементов:

1) Оригинал: «Конечно, кой-когда, в продолжение сезона, появится вдруг какой-нибудь чудак, или англичанин, или азиат какой-нибудь, турок, как нынешним летом, и вдруг проиграет или выиграет очень много; остальные же все играют на мелкие гульдены, и средним числом на столе всегда лежит очень мало денег».

Перевод: «Φυσικά, καμιά φορά στη διαρκεία της σεζόν παρουσιάζεται ξαφνικά κάποιος εκκεντρικός τύπος, ή Άγγλος ή κάποιος Ασιάτης, ένας Τούρκος, όπως το φετεινό καλοκαίρι, και ξαφνικά χάνει ή κερδίζει πολύ μεγάλα ποσά. Όλοι οι άλλοι παίζουν ψιλοποσά με φιορίνια και στα τραπέζια βρίσκονται κατά μέσο όρο πάντα ελάχιστα χρήματα».

Подстрочник: «Разумеется, иной раз, в продолжение сезона появится вдруг какой-нибудь чудак, или англичанин, или какой азиат, турок, как этим летом, и вдруг проиграет или выиграет очень большую сумму. Все другие играют по мелочи на флорины и на столах всегда находится в среднем ничтожное количество денег».

Герой рассуждает об отношении к игре разных менталитетов: англичан и турков он приравнивает к чудакам, готовым поставить большие деньги на кон. Другие же, можно предположить, что под этим он подразумевает французов, немцев и русских, которых в Рулетенбурге собралось большое количество, играют осторожно или не имеют большого количества денег при себе, почему и на столе всегда находится мало денег.

«Гульдены» адекватно переведены, как «φιορίνια» (заимствование в греческом языке из итальянского) – флорины (золотые монеты, которые изначально чеканили во Флоренции; имели большее распространение в Европе, а в Германии и Голландии получили название гульденов).

2) Оригинал: «С каким-то болезненным ощущением, единственно чтобы как-нибудь развязаться и уйти, я поставил еще пять фридрихсдоров на красную».

Перевод: «Με ένα κάπως νοσηρό συναίσθημα, μόνο και μόνο για να τελειώνω και να φεύγω, έβαλα άλλα πέντε φριδερίκεια στο κόκκινο».

Подстрочник: «С каким-то болезненным чувством, единственно, чтобы закончить и уйти, я поставил другие пять фридрихсдоров на красную».

Фридрихсдор (прусская золотая монета, ставшая прообразом луидору, французской золотой монете) передан, как «φριδερίκειο». Греческая форма стремится отразить фонетический облик заимствованного слова.

3) Оригинал: «Джентльмен, например, может поставить пять или десять луидоров, редко более, впрочем, может поставить и тысячу франков, если очень богат, но собственно для одной игры, для одной только забавы, собственно для того, чтобы посмотреть на процесс выигрыша или проигрыша».

Перевод: «Ο τζέντλεμαν, για παράδειγμα, μπορεί να ποντάρει πέντε ή δέκα λουδοβίκεια, σπάνια περισσότερα – αλλά, εδώ που τα λέμε, μπορεί να βάλει και χίλια φράγκα, αν είναι πολύ πλούσιος -, όμως μόνο για χάρη του ίδιου του παιχνιδιού, μόνο για τη διασκέδασή του, ουσιαστικά μόνο για να παρακολουθήσει τη διαδικασία του κέρδους ή της χασούρας».

Подстрочник: «Джентльмен, например, может поставить пять или десять луидоров, редко более – впрочем, может кинуть и тысячу франков, если очень богат, но только для изящества собственной игры, только для его забавы, фактически только для того, чтобы наблюдать процесс выигрыша или проигрыша».

В приведенном примере мы вновь наблюдаем последовательную передачу названий денежных единиц без каких-либо изменений: луидор – λουδοβίκειo, франк – φράγκo.

Рассмотрим иные примеры лексических трансформаций, осуществляемых К. Сину при работе с текстом Достоевского.

Родственность русского и греческого языков позволяет совершать наиболее точный дословный перевод предложений.

Оригинал: «Признаюсь, мне это было неприятно».

Перевод: «Ομολογώ ότι αυτό μου ήταν δυσάρεστο».

Подстрочник: «Признаюсь, мне это было неприятно».

Главному герою, как только тот вошел в «воксал», окружающее его общество показалось «грязным» и «сволочным», поэтому находиться в нем ему было неприятно.

Тем не менее, естественно, что в переводе часто встречаются различные лексические содержательные трансформации, в частности, генерализация [2, 176]. Ее принцип заключается в замене исходного термина более широким, так как каждый язык по-своему отражает окружающий мир посредством устойчивых выражений и словосочетаний.

Оригинал: «Гадки ли вообще нажива и барыш – это другой вопрос».

Перевод: «Αν είναι γενικά σιχαμερό το συμφέρον και η κερδοσκοπία, αυτό είναι άλλο πρόβλημα».

Подстрочник: «Как правило, омерзительный интерес и спекуляция – это уже другой вопрос».

Устаревшая разговорная форма «барыш» в русском языке обозначает прибыль, материальную выгоду. Переводчик опускает лексему, используя модуляцию [2, 177]: «σιχαμερότοσυμφέρον» – омерзительный интерес. Однако, в качестве эквивалента могла послужить лексема греческого языка «δόλωμα». В словарной статье вышеуказанного слова предлагается значение в переносном смысле: «δενέπιασετοδόλωμα» – «хитрость не помогла»6. Как мы видим, слово может иметь значение, соответствующее русской лексеме «барыш».

«Нажива» (прибыль, полученная нечестным путем) переведена как «κερδοσκοπία» – спекуляция7, что безусловно можно считать эквивалентной заменой.

Переводчик заменяет слова в предложениях при переводе:

Оригинал: «Сволочь действительно играет очень грязно. Я даже не прочь от мысли, что тут у стола происходит много самого обыкновенного воровства. Круперам, которые сидят по концам стола, смотрят за ставками и рассчитываются, ужасно много работы. Вотещесволочь-то!».

Перевод: «Οι παλιάνθρωποι παίζουν πραγματικά πολύ βρομικά. Δεν είμαι μακριά από τη σκέψη ότι εδώ στο τραπέζι γίνονται πολύ κοινές κλεψιές. Οι γκρουπιέρηδες, που κάθονται στις άκρες των τραπεζιών, παρακολουθούν τα πονταρίσματα και κάνουν λογαριασμούς. Έχουν πάρα πολλή δουλειά – να κι άλλα παλιοτόμαρα!».

Подстрочник: «Подлецы играют действительно очень грязно. Я не далек от мысли, что здесь на столе происходит вполне обычное воровство. Крупьеры, которые сидят по краям столов, наблюдают за ставками и рассчитываются. У них ужасно много работы - вот они и подлецы!».

Соответствием к разговорному слову «сволочь» стали две лексемы «παλιάνθρωπος» (мерзавец, подлец, негодяй) и «παλιοτόμαρο» (прохвост, негодяй, мерзавец). Хотя в другом предложении использует бранную форму слова «λέρα», то есть «сволочь»:

Оригинал: «Особенно некрасиво, на первый взгляд, во всей этой рулеточной сволочи было то уважение к занятию, та серьезность и даже почтительность, с которыми все обступали столы».

Перевод: «Το πιο άσχιμο απ’ όλα, εκείνο που μου χτύπησε από την αρχή στο μάτι σ’ όλη αυτή τη λέρα της ρουλέτας, ήταν εκείνος ο σεβασμός προς την απασχόλησή τους, εκείνη η σοβαροφάνεια, ακόμα και ευλάβεια με την οποία μαζεύονταν γύρω από τα τραπέζια».

Подстрочник: «Самое ужасное во всем, то, что бросилось сначала мне в глаза, в этой рулеточной сволочи, было то уважение к их занятию, эта серьезность и, даже, почтение, с которым все окружали столы».

Мы несклонны считать подобную замену переводческой ошибкой. Распространение текста синонимичными формами подчеркивает широту возможностей греческого языка.

Пример удачной трансформации лексической единицы, имеющей полный эквивалент в языке:

Оригинал: «На том, что в катехизис добродетелей и достоинств цивилизованного западного человека вошла исторически чуть ли не в виде главного пункта способность приобретения капиталов».

Перевод: «Στο ότι στη χρηστομάθεια των αρετών και των αξιών του πολιτισμένου δυτικού ανθρώπου ανήκει, ως συνέπεια της ιστορικής εξέλιξης, και η ικανότιτα να αποκτήσει κεφάλιο’ ίσως μάλιστα και να αποτελεί το βασικότερο στοιχείο».

Подстрочник: «Тем, что к хрестоматии добродетелей и ценностей цивилизованного западного человека относится, как следствие исторической эволюции, способность приобретать капитал: может действительно и он представляет главнейшую основу».

В данном отрывке нас интересует перевод лексемы «катехизис» – религиозная книга, популярно излагающая основы христианского вероучения, имеющая ответы на наиболее типичные богословские вопросы. Этимологически форма восходит к древнегреческому существительному «κατηχισμός» – поучение, наставление. В новогреческом языке для описания этого понятия используется существительное «κατήχηση» – системное обучение догматическим истинам Православной Христианской веры. Несмотря на то, что «катехизис» является лексемой, тождественной «κατήχηση», их значения отличаются. «Κατήχηση» – это официальный документ в виде вопросов и ответов, спектр изучения которого распространяется на различные вероисповедальные догмы. Переводчик адаптирует текст и применяет более подходящую по контексту форму «χρηστομάθεια», которую можно перевести в узком значении, как «знание христианского учения», в более широком, как «хрестоматия, овладение минимумом полезных знаний».

Сравнивая исходный и переведенный тексты, можно заметить некоторые различия, которые влияют на смысл высказывания и, соответственно, на понимание мировоззренческих установок героя. В переводе мы читаем: «ωςσυνέπειατηςιστορικήςεξέλιξης» – как следствие исторической эволюции на месте «исторически». Присутствие лексемы «эволюция» (положительное явление, прогресс) меняет оценку явления. В русском тексте не идет речи об эволюции, скорее наоборот. Достоевский поднимает проблему современного общества, которое делает из средства жизнедеятельности, то есть капитала, культ, вошедший в моральные устои как норма и, даже, привилегия. Затем переводчик продолжает неверно интерпретировать высказывание героя, используя слова «ίσωςμάλιστα» (может действительно), отсутствующие в исходном предложении, которые выражают не столько сомнение, сколько соглашение.

Рассмотрим следующее предложение, любопытное с точки зрения описания процесса игры:

Оригинал: «Затем, разгорячившись, вынул все, что у меня оставалось, поставил на ту же ставку и проиграл опять, после чего отошел от стола, как оглушенный».

Перевод: «Έπειτα, πάνω στην έξαψή μου, έβγαλα όλα όσα μου είχαν περισσέψει, τα πόνταρα, και πάλι έχασα. Ύστερα απ’ αυτό απομακρύνθηκα από το τραπέζει, λες και ζαλίστηκα από ένα χτύπημα που έφαγα κατακέφαλα...».

Подстрочник: «Затем, в возбуждении, высунул все, сколько у меня оставалось и поставил, и снова проиграл. После этого отстранился от стола, как будто я был оглушен от удара, который я получил в голову».

Удачным нам кажется перевод деепричастия «разгорячившись» – «πάνωστηνέξαψήμου» (в возбуждении, в пылу раздражения). Лексема «έξαψη» имеет общеупотребительное значение: «возбуждение, раздражение», а в специальной медицинской терминологии обозначает «прилив крови (к лицу)». Русская и греческая формы оказываются тождественными не только в характеристике эмоционального состояния героя, находящегося во власти игорного процесса, но и в описании его внешности. Сочетание «как оглушенный» значительно распространено, видимо, с целью более ярко выразить ощущения героя: «ζαλίστηκααπόέναχτύπημαπουέφαγακατακέφαλα» (как будто я был оглушен от удара, который я получил в голову).

К типу безэквивалетной лексики относятся и фразеологические единицы, которые переводятся чаще методом описательного перевода или калькированием. Нижеприведенный пример демонстрирует синтез калькирования и описательного приема.

Оригинал: «кошки скребли на сердце».

Перевод: «Μαύρα φίδια έζωναν την καρδιά».

Подстрочник: букв. «черные змеи обвили сердце», перен. «сердце почуяло недоброе».

Выражение «кошки скребут на сердце» является фразеологизмом и обозначает: испытывать волнение, тревогу, о чем-то беспокоиться8. В русском языке, как разговорном, так и литературном, данное выражение используется часто и, значит, является общеупотребительным. Переводчик при передаче этой фразеологической единицы использует прием компенсации [2, 185], при котором элементы смысла, утраченные при переводе, передаются альтернативным способом. В данном случае найден инвариант: семантическая эквивалент, для того, чтобы не только передать смысл фразы, который будет понятен греку, но и сохранить авторский образ. Инвариантом становится сема «καρδιά» – «сердце»: «Μαύραφίδιαέζωναντηνκαρδιά» – букв. «черные змеи обвили сердце», перен. «сердце почуяло недоброе».

Для того, чтобы составить полноценное мнение о переводе, помимо характеристики лексики, необходимо рассмотреть синтаксический уровень, поскольку его анализ позволяет более целостно оценить точность, логичность и адекватность перевода.

Переводчик соблюдает деления на главы, а деление абзацев и предложений предпочитает структурировать несколько иначе, чем в оригинальном тексте. Так, например, во второй главе наблюдается явное изменение конструкции текста: первый абзац оригинала в переводе разделен на два. К. Сину грамотно разделила абзацы: в первой части рассказчик рассуждает о своих переживаниях, ведет внутренний монолог. Затем речь идет уже о визуальных впечатлениях, перетекающих снова во внутренний монолог. Следовательно, она совершила деление абзацев по смысловому принципу. Мы не приводим пример данной трансформации в связи с большим объемом текста.

Структурно текст изменялся не только на уровне абзацев, но и предложений. Данная грамматическая трансформация не редка в переводах, так как упрощает текст, делая его понятным для иностранных реципиентов, так как русские писатели славятся детерминантами в предложениях: причастиями и деепричастиями, полупредикативной связью и пр. Несмотря на родственность греческого и русского языков, а также схожесть грамматических конструкций (к примеру, категории лица, числа и падежа) и синтаксических норм, есть существенные различия, не позволяющие пословно перевести текст и передать конструкцию русского текста.

В греческом языке, как и в русском, предложения могут распространяться причастиями и деепричастиями, причастными и деепричастными оборотами. Но, в отличие от русского языка, греческий не может так же ясно передать смысл предложения, заключенного в несколько причастных оборотов, связанных друг с другом в одном предложении. Поэтому для перевода таких конструкций чаще всего переводчиком используется прием членения предложений:

Оригинал: «Я решительно не вижу ничего грязного в желании выиграть поскорее и побольше; мне всегда казалось очень глупою мысль одного отъевшегося и обеспеченного моралиста, который на чье-то оправдание, что ведь играют по маленькой, – отвечал: “тем хуже, потому что мелкая корысть”».

Перевод: «Εγώ δεν βλέπω τίποτα βρόμικο στην επιθυμία να κερδίσεις όσο πιο γρήγορα κι όσο περισσότερα γίνεται. Πάντα μου φαινόταν πολύ κουτή η σκέψη ενός χορτάτου και ευκατάστατου ηθικολόγου που, στη δικαιολογία κάποιου ότι παίζει μικρά ποσά, απάντησε: “Τόσο το χειρότερο, γιατί πρόκειται για μια ψιλικατζίδικη πλεονεξία”».

Подстрочник: «Я сам не вижу ничего грязного в желании выиграть быстрее и больше. Мне всегда казалась глупой мысль одного сытого и обеспеченного моралиста, который на оправдание кого-нибудь, что играют понемногу, отвечал: “Тем это и хуже, поскольку речь идет о мелкой корысти”».

Как мы видим, одно сложное предложение русского текста членится на два.

В следующем примере переводчик использует такую синтаксическую трансформацию, как опущение слов из предложений, при этом смысла предложения и текста в целом не теряется.

Оригинал: «К тому же надо было и самую игру изучить; потому что, несмотря на тысячи описаний рулетки, которые я читал всегда с такою жадностию, я решительно ничего не понимал в ее устройстве до тех пор, пока сам не увидел».

Перевод: «Εκτός απ’ αυτό, έπρεπε να μάθω και το ίδιο το παιχνίδι, γιατί παρά τις χιλιάδες περιγραφές της ρουλέτας που διάβαζα πάντα με τόση απληστία, δεν καταλάβαινα καθόλου πώς λειτουργούσε στην πράξη».

Подстрочник: «К тому же нужно было изучить саму игру, потому что, несмотря на тысячи описаний рулетки, которые я читал всегда с такой жадностью, я совсем не понимал, как это действует на практике».

Сину обрывает предложение, опуская фразу «пока сам не увидел», видимо, считая ее избыточной.

Общий лексический анализ показал, что переводчица удачно находит эквиваленты слов и фразеологизмов, которые встречаются в русском тексте, применяет различные способы трансформации для достижения адекватного перевода. Большинство примеров лексики относится к разделу безэквивалентной, перевод которых был выполнен достаточно близко к оригиналу: в некоторых случаях использован метод калькирования, а созданием метатекста проясняется значение лексем, в некоторых случаях – найдены эквиваленты, допускались, впрочем, деформации и ошибки, не влияющие на общий смысл переводимого материала. В целом, К. Сину стремится верно передать семантику текста и сохранить игровые реалии.

Перевод сложился и на синтаксическом уровне. Структурные изменения хоть и несколько нарушили упорядоченные абзацы Достоевского, но, тем не менее, автор перевода творчески и логично подошла к делению на абзацы, что нисколько не ухудшило текст, а скорее упростило восприятие для читателя. Структурные изменения были выполнены в связи с невозможностью правильной интерпретации текста в конкретных случаях.

Представленная критика перевода убеждает нас в глубоком профессионализме К. Сину как создателя романа Ф. М. Достоевского «Игрок» на греческом языке.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Кира Сину родилась в России в 1923 году в городе Ростов. Мать была русская, а отец – греческого происхождения. Маленькая Кира была единственным ребенком в семье интеллигентов и поэтому была окружена всеобщим вниманием. Дом в Ростове, в котором она росла, был полон книг, и Кира росла среди небольшой компании героев русской и мировой литературы. Через десяток лет различные причины вынуждают ее семью оставить свой город и приютиться в Греции, в стране, о которой они знали только из книг. Семья поселилась в Афинах, в двухкомнатной семейной гостинице, в которой, как и во всех гостиницах той эпохи, не разрешалось иметь домашних животных, с которыми выросла маленькая Кира. Животные всегда играли важную роль в ее жизни. Многие даже мелькают позднее на страницах ее книг. Долгие часы, проведенные в одиночку, она посвящает чтению и первому литературному опыту. Пишет на русском языке собственный журнал, который называет «Ρоза». Затем она начинает ходить в немецкую школу в Салониках. В этом городе она завела хороших друзей и впервые влюбилась. Там же будет написан и ее первый рассказ на греческом, всего лишь три года спустя после прибытия в Грецию, который будет опубликован в популярном детском журнале.

Несмотря на то, что греческий не является родным языком, и она знает хорошо другие два языка – немецкий и русский, - Кира учит французский и английский. «На земле мамонта» - ее первый роман, который сразу же завоевывает любовь юных читателей и с тех пор непрерывно переиздается, вдохновляя многих молодых писателей для работы над доисторическим периодом. Она преуспела во многих жанрах художественной литературы: исторический роман, научная фантастика, путешествия, детективные, социальные, короткие рассказы и сказки. Кира говорила о том, что ей посчастливилось помнить свое детство и писать, обращаясь за помощью к ребенку, который находится «внутри нее». Ее произведения настолько проникнуты искренними детскими чувствами, мыслями, переживаниями, что она незамедлительно стала любимой писательницей детей. Ее книги были в списках книг для школьных библиотек, а тексты были размещены в учебниках.

Кроме того, она перевела более 100 книг с четырех языков (русский, немецкий, английский, французский) на греческий. Среди них произведения Достоевского, Толстого, Гоголя, Солженицына, Лихачева и многих других. Переводческую деятельность она рассматривала в той же степени, как и творческую работу.

27 сентября 2007 г. Кира Сину ушла из жизни. По ее работам было написано много литературных статей и публикаций в прессе. Она представляла Грецию на международных книжных ярмарках, и ее литературная деятельность стала предметом исследования во многих диссертациях. Была награждена десятки раз и в Греции, и за рубежом за написание произведений и перевод работ.

2 О принятых правила транскрипции в языковой паре русский – новогреческий см. подробнее: [3, 261– 268].

3 Здесь и далее текст приводится по изд.: Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений: канонические тексты. – Т. 1. – Петрозаводск : Изд-во ПетрГУ, 1995. – С. 609–637.

4 Здесь и далее греческий текст приводится по изд.: Ντοστογέφσκι Φ. Ο παίκτης / μεταφρ. Κ. Σίνου. – Αθήνα: Μίνωας Α.Ε.Ε., 1η έδοση: 2015. – 264 σ.

5 При переводе с одного языка в другой происходят различные изменения: необходимые в силу ассиметрии языковой пары – трансформации, неоправданные – деформации. Феноменом «переводческая деформация» занимались такие ученые, как Н.К. Гарбовский, В.Н. Комиссаров, Л.С. Бархударов, а также многие другие специалисты в области переводоведения. Гарбовский определяет «переводческую деформацию», как осознанное искажение текста оригинала, обусловленное стремлением автора перевода решить переводческую задачу(См. подробнее [1, 358–360]). Учеными выявлено, что для адекватного перевода без значительных искажений следует учитывать несколько факторов. Комиссаров выделяет соблюдение норм перевода, поскольку именно они классифицируют конечный текст как адекватный, эквивалентный и точный. Несоблюдение правил, то есть искажение контекста, допущения переводческих ошибок и деформаций, говорит о непрофессионализме переводчика и классифицирует текст соответственно. Исследователь также отмечает, что использование деформации в целях решить какую-либо глобальную переводческую задачу не является грубым нарушением правил и норм, поскольку перевод – процесс творческий и у каждого переводчика есть конкретные приемы и стратегии для решения проблемы, возникнувшей из-за естественного различия языков(См. подробнее [2, 242–245]).

6 Хориков И. П., Малев М. Г. Новогреческо-русский словарь. М.: Русский язык, 1980. С. 269.

7 «Спекуляция - покупка и продажа биржевых ценностей с целью получения прибыли; в переносном смысле: расчёт, умысел, направленный на использование чего-либо в своих корыстных целях» (Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов, Н. Ю.Шведова. − 4-е изд., доп. – М.: Азбуковник, 2000. – С. 940.).

8 Быстрова, Е.А. Учебный фразеологический словарь / Е.А. Быстрова, А.П. Окунева, Н.М. Шанский. — М.: АСТ.. 1997. – С. 205.

Литература (russian)

  1. Гарбовский Н. К. Теория перевода. М.: Изд-во МГУ, 2007. 544 с.

  2. Комиссаров В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты). М.: Высш. шк., 1990. 253 с.

  3. Патсис М. Теория и практика перевода. Греческий язык ↔ русский язык. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2012. 280 с.




Просмотров: 400; Скачиваний: 1;